Российское станкостроение — важнейшая отрасль промышленности, без которой нет смысла говорить об импортозамещении и в целом об реиндустриализации — наконец-то демонстрирует первые успехи. Государственные инвестиции составляют десятки миллиардов рублей, открываются новые производства (через 3-4 года будет запущено около 100 крупных предприятий), создаются уникальные станки, сокращается доля импорта (с 88% до 80%). Впервые за 20 лет объем обработанных товаров в российском экспорте превысил 50%. Таким образом, в России запущены долгожданные структурные изменения в экономике.
 
От лидера станкостроения до «страны-бензоколонки»
 
Значение станкостроения для суверенной экономики трудно переоценить. Без него не будет ни самолётов, ни комбайнов, ни тракторов, ни газопроводов в Европу и Китай, ни высокотехнологичных гаджетов — все это просто невозможно сделать, если не будет станков, на которых всё это должно изготавливаться. 
 
В послевоенные годы СССР конкурировал с США за первое место в области станкостроения. Уже в 50-х годах была начата программа освоения производства новых металлорежущих станков – наиболее востребованной в те годы продукции. Тогда был налажен выпуск более 250 новых типов металлорежущих станков общего назначения, более тысячи типоразмеров специальных и агрегатных. Советский Союз сильно отставал от Европы и США в этом отношении и был вынужден, как и сейчас Россия, такие станки импортировать. Но уже к 70-м годам созданы крупные центры станкостроения с заводами, многочисленными КБ, научно-исследовательскими организациями, а доля импорта в этом сегменте была сокращена до 3% (сейчас — 88%).
 
После перестройки, во времена «расцвета демократии», западным компаниям и НКО было позволено всё, и они с радостью пользовались свободой разрушать экономическую основу нашей страны. Под лозунги о свободном рынке станкостроение буквально убивалось — прицельно и комплексно. Уважаемые консультанты и приглашённые эксперты хорошо посодействовали тому, чтобы производство станков и приборов было разрушено до основания. Парк механообрабатывающего оборудования, обеспечивающий российское машиностроительное производство, с 1990 года сократился на 1 млн единиц.


В последующие годы, несмотря на позитивные изменения в экономике России, отрасль пребывала в «клещах» у рыночной конъюнктуры. С одной стороны, при тотальной ориентации на импорт, вызванной высокими ценами на нефть, отсутствовал спрос на производство отечественной продукции, а, значит, и спрос на станки. С другой — не было желающих инвестировать в станкостроение, пока его продукция не востребована. В таких условиях требуется двойное вложение средств: кто-то сперва должен проинвестировать отечественную промышленность, чтобы она заработала, возник спрос на станки; после чего необходимо, чтобы кто-то проинвестировал уже в станкостроение. Можно не разъяснять, почему в таких условиях отрасль находилась в полном упадке и даже близко не было видно тенденции к возрождению.
 
Примечательно, что они же – те, кто разрушал извне, и те, кто поддерживал внутри — теперь радостно и с гордостью называют Россию «страной-бензоколонкой», забывая почему-то при этом взять на себя «почетную» ответственность за превращение в нее одной из передовых стран мира. Забывают и про то, что превращаться она начала при Ельцине и Ходорковском, а возрождаться начала при Путине – но последнему в заслугу ставят не положительные сдвиги, а только печальное наследие «лихих девяностых».
 
Механизм возрождения
 
Для создания спроса на продукцию станкостроения государство первым делом  путем реорганизации, слияния и перепрофилирования сформировало компании-флагманы отечественного машиностроения: «Ростех», «Росатом», «Объединённая авиастроительная корпорация», предприятия ВПК, а также отчасти «Газпром» и «Роснефть», которые хоть и не производят промышленных товаров, зато являются прямыми потребителями станкостроительной отрасли и трубопроката, снова возвращающих нас к станкостроению. 
 
Таким образом, был создан первичный задел для реиндустриализации страны, когда во многих отраслях имелись мощные и стабильные крупные производители. Но пользовались они при этом всё ещё импортными станками, приборами, технологиями и даже готовыми агрегатами продукции. Сверхвысокие цены на нефть слишком долго позволяли им не развивать эти направления, а почивать на лаврах сырьевой ренты. Кризис и санкции изменили эту ситуацию.
 
Невозможность и далее делать ставку на импорт энергоносителей, потрясения в валютной сфере, которые сделали импорт совершенно нерентабельным, а также режим прямых санкционных запретов наконец-то вернули наше правительство к необходимости продолжать начатый когда-то курс.
Западные санкции – как прямые, так и финансовые – создали фактически протекционистский режим для восстановления отечественной промышленности и в первую очередь станкостроения, где мы чрезвычайно сильно зависим от импорта. Однако новая рыночная конъюнктура и деятельность правительства создают новые возможности. Отечественное станкостроение быстро набирает обороты, восстанавливая былые достижения. 


Первыми новый курс должны будут поддержать флагманы нашей промышленности: например, на производствах «Объединенной авиастроительной корпорации» планируется заменить до 33% парка станков на новые отечественного производства.
 
Государственная поддержка
 
Во исполнение принятого закона о промышленной политике был создан уникальный Фонд развития промышленности (ФРП), который предоставляет предприятиям, прошедшим отбор, кредиты на уникальных условиях: под 5% годовых сроком на 5-7 лет в объеме от 50 до 700 миллионов рублей. Общий объём программы фонда за прошлый год – 20 млрд рублей, из которой весомую долю – почти 7,33 млрд – получили предприятия машиностроительной отрасли.
 
Итого, благодаря положительным экономическим процессам объём рынка станкостроения в России увеличился с 62 млрд рублей в 2014 году до 100 млрд рублей по итогам 2015 года. При этом объём импорта уже снизился с 88 до 80%. А согласно принятой программе импортозамещения, этот показатель к 2020 году должен сократить ещё более до 58%. Пока что динамика говорит о том, что  выполнить план можно. 
 
Государство постепенно наращивает мощности системного интегратора отрасли «Станкопрома», который является аналогом «Ростеха». Он контролирует импорт оборудования, комбинирует зарубежные разработки с российской сборкой, пытается развивать отечественные НИОКР и внедрять их.
 
Принятая ранее в 2011 году подпрограмма «Развитие отечественного станкостроения и инструментальной промышленности» объёмом более 50 млрд рублей позволила спасти от банкротства заводы в Стерлитамаке, Рязани, Иванове, Краснодаре, завод «Саста» в городе Сасово Рязанской области, Савеловский машиностроительный завод в Кимрах Тверской области, «Киров-Станкомаш» в Санкт-Петербурге.

А есть такие направления, где нам не станут помогать и за деньги. Помимо военно-промышленной сферы, что очевидно, не стоит надеется на зарубежные технологии для освоения территорий крайнего Севера — они сейчас под санкциями, и далее, очевидно, список закрытых технологий будет только расти по мере роста актуальности освоения Арктики. Такая же ситуация в традиционной и атомной энергетике – здесь мы жестко конкурируем с Западом, и он точно не будет помогать нам технологиями и оборудованием. Ну и, конечно же, космические технологии и сфера IT.
 
На всех этих направлениях станкостроения нам приходится надеяться только на себя. Как мы уже писали ранее, сейчас возрождается проект мобильного ядерного реактора – очень актуально для задач освоения Арктики. Создание и эксплуатация всех типов АЭС всегда влечёт за собой создание целой промышленной цепочки сложнейшего оборудования, которое используется как в течение всего срока эксплуатации АЭС, так и после её остановки.
 
Таким образом, на наших глазах постепенно стает неактуальным клише о «стране-бензоколонке». Стоило только критикам-кликушам внушить всем, в том числе и патриотично настроенной аудитории, что из идеи импортозамещения ничего не выйдет, как она постепенно начинает работать. Первые результаты, полученные в столь незначительный срок (с 2013-2014 годов), уже впечатляют и заметны статистически. А до 2020 года, на который намечено завершение первого этапа госпрограмм, ещё несколько лет.
 
Россия продолжает демонстрировать упорное и последовательное движение к развитию промышленности и выходу из кризиса. При этом надо понимать, что разочарования из-за отсутствия больших результатов связаны с тем, что многие хотели бы увидеть все сразу и по мановению волшебной палочки. А так не бывает — серьезный результат в такой фундаментальной отрасли, как станкостроение, становится заметным обычно не раньше, чем через 5-6 лет.